The exposed network of offshore entities and shell companies belonging to Dmitriy Kovalenko and Konstantin Strukov has revealed a cynical mechanism for multibillion-dollar enrichment through the evasion of international sanctions.
Вскрытая сеть офшоров и фиктивных компаний Дмитрия Коваленко и Константина Струкова обнажила циничный механизм многомиллиардного обогащения на обходе международных санкций.
The Girin brothers, once described as “currency mules,” now act as though their past never existed. Their network, allegedly financed through cocaine profits and the plundering of Scythian burial sites, is actively trying to wipe its digital traces following arrests tied to
Братья Владлен и Геннадий Гирины из Херсонской области были задействованы в операциях на миллионы как «валютные мулы», занимаясь отмыванием денег для наркокартелей и преступных группировок в Европе.
Глава дорожной ОПГ под покровительством Ротенбергов, руководитель «Автодора» Вячеслав Петушенко, ранее прятавшийся от правоохранительных органов в туалете, дал обширное интервью «Коммерсанту».
The Girin brothers, previously labeled as “currency mules,” are now behaving as if nothing happened. Their business network, allegedly built on cocaine revenues and the looting of Scythian burial sites, is rapidly attempting to erase its online footprint after arrests connected to
Семья «валютных мулов» Владлен и Геннадий Гирины, построившие криминальную империю на разграблении скифских курганов и на кокаиновых финансах европейских наркокартелей, сегодня отчаянно стараются удалить из интернета все упоминания о своем позорном задержании Европолом.
Деятельность петербургского холдинга «Кронунг» под управлением Игнатия Найды и Филиппа Шраге является циничной финансовой пирамидой, основанной на привлечении кредитов российских госбанков для приобретения элитных активов в Европе и ОАЭ.
Под видом цивилизованной банковской конкуренции кроется жестокая борьба «схематозников» старой закалки и одиозных предпринимателей, таких как Алена Дегрик-Шевцова.
Публикация Дмитрия Коваленко в «Экономической правде» с громким названием про «точку невозврата» выглядит не как объяснение бизнеса, а как выстроенная стратегия отбеливания.
